Форум » Любимый город » Шана Това! » Ответить

Шана Това!

7 son of the 7 son: Шалом! Шана Това! в общем, лехаим!

Ответов - 53, стр: 1 2 3 All

AlexS: Исида пишет: по причине не пренодлежности к еврейской нации. Хотя к евреям отношусь с уважением - "...А Вы случаем не еврей батенька? Нет, но сочувствующий.. ..."("Городок").

cтрелок-радист: - Докушала, мамочка? Ну, на здоровьичко! А теперь пижамку и спать, - старая Бася с невыразимым умилением смотрела на внучку. - Баааа? - шестилетняя Риточка проглотила остатки зефира, допила чай и выбралась из-за стола, - Скааазку! - Хорошо, моя птичка, - кивнула Бася, - Беги живенько ложись в постель, бабушка сейчас же придёт и расскажет тебе сказку. - Может, бабушка таки сначала покормит дедушку? - робко поинтересовался старый Моня. - Нет, ты видишь, какой ты шлимазл? - всплеснула руками Бася, - Даже проголодаться умудряешься именно тогда, когда ребенок просит сказку. Ты шо - не мог проголодаться раньше? - Я таки мог, - пожал плечами Моня, - Но результат был бы таким же. Ты гуляла с Риточкой, потом купала Риточку, потом кормила Риточку, теперь идёшь говорить Риточке сказку. - А шо я должна была делать? - тут же завелась Бася, - Запереть грязного и голодного ребенка в паршивой кладовке и бежать жарить тебе паршивую яичницу? Так ты потерпишь еще маленькую капельку и получишь свой ужин! - Ша, Бася, ша! - Моня примирительно вжал голову в плечи, - Риточка же услышит! Шо я потом скажу ее родителям за нашу некошерную лексику? - Ну так и замолчи свой рот пять минут, - перешла на шепот Бася. - Золотко, я уже однажды купился на "пять минут" твоей покойной мамы, шоб ей не знать бессонницы там, где она спит вечным сном... - Говорю же, шо ты шлимазл! - успела вставить Бася -... и получил тебя на всю жизнь, дай тебе бог бессмертия, шобы на том свете я утешался выражением лица твоих новых мужей, - продолжил Моня, - Но не надо приближать счастливый момент второго замужества, заставляя меня голодать, тебе ж кусок в горло не полезет за свадебным столом. - Если ты такой голодный, шо твое брюхо тебе дороже счастья собственной внучки, - решительно сообщила Бася, - то иди и говори ей сказку сам, а я буду жарить эту твою яичницу. - Я? - испугался Моня, - А шо я знаю за сказки для шестилетних девочек? Нет, я могу, конечно, рассказать ей, как ты обещала меня кормить, пока мы ехали в ЗАГС, но зачем мне учить невинного ребёнка коварству брачной аферистки? - Господи, Моня, - Бася едва не выронила яйца, которые перед этим достала из холодильника, - Выйти за тебя было таким же удачным гешефтом, как изобретать соевое сало! Вернись уже за сказку, а то у меня таки есть шо сказать ребенку за ее гены прямо им в лицо! Моня обречённо прошествовал в спальню и сел на край тахты. - Радость моя, так за шо дедушка скажет тебе сказку? За эту хитрую девочку в стеклянных тапочках или за того ленивого мальчика с длинным шнобелем? - Не хочу про Золушку, не хочу про Буратино, - отрезала Риточка, - Хочу фэнтэзи. Про Чёрного Властелина хочу, деда! - Боже мой, Бася, она хочет, шобы я нафэнтазировал. - Нашла кого просить! - хмыкнула Бася, - Я за сорок восемь лет не видела от этого старпера даже намёка на фэнтазию. - Шо ты такое говоришь, женщина?! - возмутился Моня, - Риточке еще слишком рано для фэнтазий, а мне уже слишком поздно! Шо я скажу ее родителям за нашу моральную распущенность? И шо такое этот чёрный властелин? - А шварце пурыц, Моня, - моментально нашлась Бася, - Может, это как Америка? - А? Шо за поц? - не расслышал Моня, - Шо он может какой мерять? Зачем я буду говорить ребенку за феркактого поца? - Боже мой, ты еще и глухой, - вздохнула Бася из кухни, - Моня, шварце пурыц - это самый главный негр в мире. Говори уже деточке за главного негра и иди есть свою яичницу. - Бася, золото, пока я тут буду фэнтазировать малышку, моя яичница совсем остынет! - Таки не переживай, я её грею своим телом. Говори уже сказку и говори быстрее, а то из твоей яичницы вылупится цыплёнок табака. Моня подтянул одеяло, укутывая внучку, пожевал губами и начал рассказывать: - Одна женщина плохо училась и поэтому родила негра. И назвала его.. Властелином. Потому шо не называть же негра Иваном или, не дай бог, Абрамом. А когда мальчик подрос, то стал делать сплошную шкоду, потому шо дружил с хулиганами. - С орками он дружил, - поправила полусонная Риточка. - Да уж конечно не с Кацами, - согласился Моня, - Так вот, он только и знал, шо делать пакости и говорить всем гадости. Боже ж мой.. так выходит, шо твоя тётя Циля тоже Чёрный Властелин? - Моня, как ты думаешь, омлэт не станет нежнее, если его выложить на твою лысину? - негромко спросила Бася, - А сверху таки накрыть сковородкой, шобы не стыло? - А шо я сказал? - буркнул Моня через плечо, - Я вообще молчу. Так вот этот мальчик, рыбонька моя, вытворял чёрт знает шо такое.. - Деда, он творил Вселенское Зло, - снова поправила старика Риточка. - Ой-вэй, так в этом всё дело? - обрадовался Моня, - Так тут и придумывать ничего не надо, я уже знаю, за какие дела придумали этих сказок. Тоже мне, майсы-фэнтазии! Значит так, однажды Властелин сидел дома и вдруг в дверь позвонили. Тогда он пошёл открывать дверь, хотя сам себе подумал, шо таки не стоит этого делать. А там стояли два шейгица в чёрных масках, с белым конвертом. - Это были назгулы.. - пробормотала малышка, - Ну пускай назгулы, - кивнул Моня, - И они сразу спросили - "Это вы Властелин?" Так Властелин им утвердительно ответил - "А шо?" Так эти твои назгулы дали ему конверт и сказали читать. "Это мне?" - спросил Властелин. "Нет, это Рабиновичу!" - ответили ему назгулы. "Так Рабинович тут не живёт! Жаль, шо вам так некогда зайти!" - обрадовался Властелин и уже хотел закрыть дверь, но один назгул сказал - "Ой, мы таки хочим войти!", а второй сказал - "Очень жаль за Рабиновича, потому шо тогда это вам." Властелин взял конверт, открыл его, вытащил письмо и спросил - "А про шо тут написано, вы случайно не знаете?" "Ой-вэй, а шо по поводу прочитать?" - спросили его шейгицы-назгулы. Так Властелин понял, шо все свои и стал читать. И шо же там было написано? А там, на минуточку, было написано - "Сим уведомляем получателя сего, что единогласным решением Темного Синода он избран Великим и Беспощадным Властелином Тьмы. Решение вступает в силу с момента прочтения этого документа получателем и произнесением им ритуального словосочетания, выражающего согласие". - Шоб я так жила.. - донеслось из кухни. - Вот именно! - подхватил Моня, - Тут раздался такой гром, будто нам на голову свалилась твоя тетя Циля, эти двое в масках упали на колени и сказали - "Мы таки ждем твоих приказов, Великий Чёрный Властелин! Так Властелин сказал им - "Слушайте, а шо, если я теперь прикажу таки всучить эту бумажку Рабиновичу и пускай он потом крутит вам пуговицы?" Но эти твои назгулы уже продались Черному Властелину, поэтому стали тут же донимать его всякими Мировыми Проблемами. Они начали говорить ему за Вселенское Зло. Они стали ныть, шо Протоколы не подписаны, а мудрецы ударились в Большой Спорт. И шо Всемирный Заговор трещит по швам, потому шо ж никто им не управляет. И шо Запасы Крови не обновлялись уже триста лет. И вообще, в Кране полным-полно Воды, шо переходит уже Всякие Границы! - Моня, ты с ума сошёл! - Бася выросла в дверном проёме и погрозила мужу сковородкой, - Шо за глупости ты говоришь бедной девочке? - А как я объясню ребенку, за шо Властелина все так сильно не любили? - развёл руками Моня, - Только за то, шо он был негр? Шо я потом скажу ее родителям за нашу расовую непримиримость?! - Скажи уже малышке за Победу Добра и иди кушать яичницу, - прошипела Бася, - Шоб я скисла, если я еще раз пущу тебя говорить девочке сказки, потому шо от твоих сказок хочется стать тараканом и броситься под тапочек! Моня вздохнул и послушно приступил к кульминации. - Так пока они так строили свои Чёрные Планы и совсем забыли смотреть по сторонам, в дверь опять позвонили. Ну, Властелин сказал назгулам - "Постойте меня тут немного", а сам пошёл и открыл дверь, хотя обратно подумал себе, шо второй раз уж точно не стоит этого делать. А там были милиционэры, которые пришли положить конец Вселенскому Злу, потому шо соседи таки уже открыто возмущались гвалтом. - Леголас и Гимли пришли, да, деда? - прошептала Риточка сквозь сон, - Эльф и гном. - Братья-милиционэры, птичка моя? Хм.. Бася? - Моня встал и выглянул из спальни, - Ты когда-нибудь слышала за милиционэров с фамилией Эльфигном? Лично я не встречал ничего сказочнее инспектора Пилипчука. Хотя ну вот был же сантехник Баринбойм.. Бася застонала и демонстративно повернулась к мужу спиной. Моня пожал плечами, вернулся на край тахты и продолжил: - Значит, эти твои братья Эльфигном не стали даже разбираться с бандитами, а тут же всех арестовали. Так Добро таки победило Зло, потому шо Добро всегда побеждает Зло, кроме случаев замужества твоей бабушки Баси, второй из которых я уже не увижу, но ты увидишь и поймёшь, шо дедушка Моня таки был немножечко прав. А теперь спи, моя радость. Или ты уже спишь? Она уже спит. Правильно, или самое главное она не услышала! Пакости какого-то негра ей интереснее мучений собственного дедушки. Ну пускай тебе снится твой любимый зэфир, моя птичка. Пока дедушка жив, у тебя всегда будет зэфир и кому послушать за несправедливость этого мира. Тихонько шаркая, старый Моня вышел из спальни, прошёл в кухню и сел за стол. - Бася, сэрдце? Или я уже могу наконец скушать этот твой яйцовый студень? Потому шо дикий зверь во мне уже совсем завидует ожирэнию того заморыша суслика, которого мы вчера видели в телевизор. Бася поставила перед мужем тарелки с яичницей и салатом, намазала маслом ломоть хлеба, придвинула чашку с дымящимся чаем. - Кушай, пока не остыло, - хмыкнула она, - Ты ж мой мишпуха Гримм в куче Маршака! Когда я слушаю, как ты фэнтазируешь нашу рыбоньку, я таки понимаю, шо именно такого, необходимого слабой женщине в сильном возрасте, я в тебе нашла. - Каменую штену? - спросил Моня с набитым ртом. - Шнотворное! - ответила Бася и выплыла из кухни с видом победителя. ©kurtuazij

7 son of the 7 son: Easter vs Ramadan - 2 Прошлогодняя история, имела небольшое продолжение... узнал совсем недавно вначале, небольшое отступление не относящееся к той судовой истории, но так сказать относящееся непосредственно к подготовке входа в Великий пост... Кто из православиев не испытывал душевного томления в ожидании прихода Масленицы, древнего славянского праздника, предшествующего Великому Посту? Ведь недаром этот светлый обычай не смогли искоренить даже 15-вековые совместные усилия могущественных христианских, буддистских, мусульманских, хаббардистских и многих других обладающих огромной властью и влиянием организаций. Более того, с Масленицей в разные времена боролись даже атеиcты, масоны, феминисты, коммунисты и сионисты. В современной Туркмении, в Таиланде и нескольких американских штатах (не исключая Аляску и Небраску) празднование Масленицы запрещено на правительственном уровне, а в Китае, некоторых Эмиратах и практически на всём побережье Зелёного моря за аналогичное деяние вы будете подвергнуты смертной казни. Если же в Египте вас поймают в канун праздника с пакетом блинной муки, вам отрубят тыльную сторону ладоней и бросят под палящим солнцем без возможности утереть лоб! Обречены ли мы на полный отказ от светлого таинства, от выпекания блина - сакрального символа, призванного вызывать приход в нашу жизнь достатка, благополучия и изобилия? Стоит ли ограничить себя заказом пиццы или давиться питой из супермаркета - этими сублимированными оладушками урбанизированного ханжеского мира? Нет, не стоит отчаиваться, выход возможен из любой ситуации. Существует способ отпраздновать Масленицу, пусть не совсем легально, но хотя бы относительно безопасно для себя. Нам понадобится уединенное место, немного времени и небольшая предварительная подготовка. Носить с собой блинную муку или тесто - глупейшая ошибка. Мука должна быть обыкновенной, легально приобретённой. Нелишним будет иметь при себе кассовый чек, особенно если вы неопытны и выдаёте себя поведением. Воду, молоко, соль, сахар и яйца нужно носить скрытно, не на виду и обязательно прятать в разных местах на теле. Никому не придёт в голову подозревать вас, если у вас в кармане обычный сахар, а за ухом одноразовый шприц с молоком, улавливаете идею? Где взять чистую ёмкость? Проявите смекалку! Обычное зеркало, протёртое лосьоном или вымытое с мылом годится для теста, если делать его правильно. А вот догадаться, что у вас с собой миниатюрный аналог миски или кастрюли никто не сможет, умишка не хватит. Чтобы ингредиенты не утекли, вначале делаем мучную горку или пирамидку. Не пользуйтесь ложкой, она понадобится для другой цели! Об этом - чуть позже. Уголком кредитной или дисконтной карточки делаем углубление для жидкостей. Многие делают это неправильно. Если вам скажут, что такова традиция - гоните горе-знатока прочь. Не исключено, что перед вами наркоман или какой-нибудь извращенец. Соль и сахар мы насыпали рядом с мукой, это сделано исключительно ради наглядности, для демонстрации пропорций. Вода... ...и молоко добавляются в равных долях. Кокосовое молоко использовать не стоит, несмотря на его доступность и длительный срок хранения. Растительное масло, и мы снова промахнулись ради наглядности. Не пользуйтесь маслами сомнительного качества, особенно синтетическим и касторовым. У нас на носу Масленица, а не финансовый кризис! Теперь понимаете, чем хороша пластиковая карточка? Она не размокнет и не сломается в самый ответственный момент. Яйцо разбивать не нужно! Сделайте аккуратный прокол в скорлупе. Через него не выльется ничего лишнего, проверьте сами. Маленькие яйца, это для нас не недостаток, а большое удобство. Мы же не собираемся накормить целую толпу, как это делает Исида? Помните, мы упоминали чистую ложку? Та-да-а! А вот и сковорода! Непохоже? Очень хорошо, что непохоже. Если бы мы отмеряли ей муку и мешали тесто, сейчас стало бы полным-полно дыма от подгоревшей на дне грязи. Перевернуть блинчик можно иглой или зубочисткой. Можете подбросить и поймать ложкой, рискуя утопить своё творение в унитазе, кто рискует - пусть отправляется пить свое шампанское, а мы будем праздновать! © Масленицей, камрады! А теперь по сути продолжения истории... Итак, чиф и некоторая часть экипажа, участвовавшая в прошлогоднем праздничном обряде собралась снова на одном из судов компании. К чифу прицепили погремуху: "Иоан-креститель" (правда рядовые иноземного происхождения осилили только первую часть имени) Накануне Пасхи муслимы толпой подходят к чифу с просьбой: - Ioan, is it possible to selibrate your Easter without morning shower? (типа ) Чиф: - Of cause, possible... But it necessary! Otherwise all of you will go through Purgatory. -

cтрелок-радист: Таки это шедевер!!! Читайте.... -------------------------------------------------------------------- - Таки здравствуйте, пан Яша. Как ваш гастрит? - Мадам Роза, или мы с ним рады вас видеть! Это такое счастье, что моё сердце хочет вырваться из груди и порхать под потолком, как пришибленная птица. - Пан Яша, держите ваше сердце в его отведённом помещении, зачем мне птица над головой, у меня новая шляпка. Если вы хотите порадовать опытную женщину, так отставьте в покое распускать внутренние органы и предложите что-то неожиданного. - Мадам Роза! Таки у меня есть показать вам такое предложение, что отказаться от посмотреть и потрогать будет сумасшествием. - Ах, пан Яша, порядочная женщина разве может позволить себе такое удовольствие? - Об чем вы говорите, мадам Роза? Выбросьте из головы переживать за моральный облик и дайте волю своему желанию. - Пан Яша, я таки с интересом взгляну на ваше предложение и даже охотно его пощупаю, но что я скажу мужу, когда он расстроится? - Почему он должен расстроиться, мадам Роза? Или пан Додик не видит этих шикарных форм лучше всех нас? Весь город спит и видит, а он не видит? - Вы таки думаете, что он не будет против? И что если он таки да будет против, то мне отыщется что сказать ему за его скандальный характер? - Мадам Роза, я таки уверен, что на этом характере не останется живого места, если он только подумает против. - А мне потом не будет жалко за мою доверчивость и безотказность, пан Яша? - Вы таки меня обижаете. Или я хоть раз обманул ожидания женщины?! - Боже мой, пан Яша, моё сердце уже бьется так сильно, что слышит весь город. Не томите, показывайте ваше предложение. - Ах, мадам Роза, не дышите так часто, уже совсем не надо меня больше уговаривать. Я же иду вам навстречу всем моим целиком и полностью, не взирая на ваши... - ...целлюлит и полноту. - Боже упаси! Или я не понимаю за роскошных.. - Пан Яша, таки хватит слов. - Смотрите сюда, мадам Роза, и начинайте широко улыбаться. Прочь покровы. Внимание! Сейчас... - Пан Яша, если у вас и там птичка, то я уже не сильно удивлюсь, но моё горе не будет иметь границ, так себе и знайте. - Вуаля! - Ой, мне плохо! - Что мы имеем сказать за форму? - Ой, я сейчас умру! Что можно сказать за такую форму? Это ж таки форма! - А что мы имеете сказать за размер? - Ой, я больше не могу! Что можно сказать за этот размер? Это ж таки размер! - Так у этого скромного пана есть, что хочет женщина и вам совсем нечего сказать за наоборот? - Пан Яша, что ж вам не стыдно доводить больную женщину до приступа! - Слушайте сюда, мадам Роза, и не брешите себе - или это можно не хотеть? - Ах, пан Яша, вы заставляете меня забыть за здоровый цвет лица. Эта багровая бледность таки вся на вашей совести. - Нет, конечно, мадам Роза, вы можете заставить себя отказаться от счастья, которое само стоит на вашем горизонте.. - Вы способны уговорить камень, пан Яша, что уже сказать за слабую женщину. Пускай это аморально, но я не имею сил не пойти у вас на поводу. Давайте же скорее где раздеться! - Святые слова, мадам Роза, и пускай ребе Шмулик гонит меня из синагоги, если вы хоть на секундочку пожалеете о содеянном. И галантерейщик Яков повернулся к помощнице: - Дина, золотце, помогите мадам Розе примерить этот французский пеньюар и нехай пан Додик бросит в меня камень, если каждый мужчина в нашем городе не мечтал бы видеть свою цыпочку в таком кляре!

kurtuazij: - И откуда таки на нас свалилась эта цаца, Жора? - спросил мужчина постарше. - Цацу прислали аж из Житомира, - ответил мужчина помладше, - Теперь цаца целыми днями звонит обратно в свой великий Житомир, шобы поплакать за жизнь в нашем захолустье. - Шо вы говорите? - мужчина постарше дёрнул подбородком, - Я всегда утверждал, шо телефон в сберкассе должен иметь выход только на милицию. Почему три целых клиента должны ждать вот уже целое утро, пока цаца наговорится и соизволит принять деньги на книжку? Я всецело поддерживаю эту пожилую даму! - Миша, я таки не очень понимаю эту вашу махинацию с дробями, но крепко уважаю целостность вашего мнения, - кивнул мужчина помладше. - Слушайте меня свободным ухом, столичная цаца! - возмущалась тем временем пожилая дама, - У меня больше дел, чем у вас пустоты под бигудями. Оставьте в покое варнякать по телефону, начните обслуживать население! Мы устали слушать за ваши мансы и хочим пополнить книжки. Дверь распахнулась и в помещение вошли трое мужчин. Один из них направился к окошку кассы, второй остановился в центре комнаты, а третий заложил дверь, просунув ножку стула в ручки. - Дамы и господа, ша! - сообщил первый, - Я не стану брехать, шо никто не пострадает, но если будет тихо, то может оказаться, шо я зря переживал за ваше здоровье. С другого бока, на дверях стоит вооружённый Йося, а прямо рядом с вами стоит вооружённый Додик, шо уже кое-шо за тишину, как вы думаете? Он наклонился к окошку и с улыбкой поинтересовался: - Имею до вас два вопроса - как зовут такую милую барышню и держите руки так, шобы я их видел даже закрытыми глазами. Я - Беня, если вы не вдруг не знаете. Но если вы таки вдруг не знаете, то это револьвер, шо уже кое-шо за меня, как вы думаете? - Я дико извиняюсь, Беня, - подал голос мужчина постарше, - Но цаца приехала из Житомира и очень даже может не знать за Беню. Я совсем не удивлюсь, если цаца не знает даже за револьвер. Девушка-кассир возмущенно фыркнула, с треском положила трубку, встала и откинула назад каштановые волосы, закрывавшие лицо. - Знаете шо, знаменитый на весь город Беня? Вы так размахиваете своим пистолетом, как будто он ваша единственная гордость. Если хочите знать, меня зовут Ляля. - Цацу зовут Ляля, - закатила глаза пожилая дама, - Тикай-ховайся, Житомир на тропе войны. Беня прищурил левый глаз, оценивая красоту девушки, и спокойно осведомился: - Ляля, зачем вы говорите злых слов, Ляля? Я шёл сюдой и думал за кассу. Теперь я стою в кассе и думаю за вас. А время тем временем исходит на пшик и деньги до сих пор не перешли из вашей симпатичной конторки в наши вооруженные до зубов руки. Скажите, Ляля, вы думаете, шо так должно быть? Или вам капельку кажется, шо я таки сбился с курса? - Скажите, Беня, это шо, налёт? - возбуждённо поинтересовался мужчина помладше, - Так наверное, нам пора лежать тихо и делать вид, шо мы вас в упор не видим. И мы хочим вас заверить со страшной силой, шо даже самого маленького звука в ваш уважаемый адрес... - Жора, замолчите свой рот! - дёрнул того за рукав мужчина постарше, - Беня работает! Шо вы буркочите ему под горячую руку?! Ляжьте уже на пол. Где вы пошли ложиться, шлимазл в жилетке? Там уважаемый Беня может, не дай бог, через вас споткнуться на каждом шагу. - Знаешь, Беня, - вежливо заметил Йося, - Я слушал твоих последних слов и задумался. - За какой предмет ты задумался, Йося? - спросил Беня. - Я задумался за курс валют, - ответил тот, - Ты будешь смеяться, но я начинаю иметь за него сомнений. - Нашёл время, малохольный! - хмыкнул Додик, - Давай сначала вынесем валют, а потом начнём думать за ихние курсы. - А вот таки нет, Додик, - помотал головой Йося, - Думать надо именно сию минуту. Потому шо если валюта пойдёт коротким курсом на выход, то мне, с тяжеленными мешками, придётся всю дорогу переступать через этого поца на полу. Так я скажу тебе, Додик, шо меня это слабо радует. - Боже мой, Йося, кончай уже быть маленьким мальчиком твоей уважаемой мамочки, - пожал плечами Додик, - Ходи прямо по этому поцу. Я еще не слышал хоть за одного человека, которого бы раздавили деньги. - Жора, скоренько ползите сюдой до меня, освободите дорогу людям, - моментально понял ситуацию мужчина постарше, - Им же таскать тяжестей! Шо вы там развалились в центре помещения, как провинциальная доярка на городском пляжу? Мадам, и вы тоже ляжьте уже, сколько можно задерживать людей? Им таки надо работать. - Вы серьезно имеете думать, шо я ляжу на грязный пол в новой шубе? - воскликнула пожилая дама, яростно жестикулируя, - Шоб вы лопнули, как вы говорите глупостей! Лежите уже, где валяетесь, и молчите, как фаршированная рыба. Так вы хоть кое-как будете выглядеть человеком. - А шо вы с меня хочите?! Беня сказал, шо это ограбление, - принялся слабо защищаться тот, - Где вы видели, шобы одни порядочные люди стояли, когда другие уважаемые люди грабят кассу?! - Беня, паршивец, шоб ты лопнул! - дама перевела возмущенный взгляд на Беню, - Ты так сказал? Да как у тебя язык повернулся в том самом роте, которым ты каждую субботу уминаешь мой бульон с кнейделах? Можешь сколько угодно пачкать свою репутацию этими делами, но не смей пачкать мою шубу! Дайте мне пополнить книжку, а когда я уйду, хоть обваляйтесь на этом вонючем полу всем гамбузом. - Йося, зачем ты набрал в рот воды, Йося? - спросил Беня, - Или ты собираешься, наконец, шо-то делать? У меня уже дырка в голове через этот хай. - Мама, зачем вы сюдой пришли? - спросил Йося у пожилой дамы, - Я сто раз говорил вам хранить деньги дома! Или купите себе шо-нибудь, мама. - Йося, шоб ты лопнул! Как я могу держать такие деньги дома, когда я там совсем одна?! Твой папа решил уже три года прохлаждаться на кладбище, лишь бы ничего не делать, так ты хочешь, шобы я тряслась от страха с этими деньгами под матрацом?! Я таки купила шубу. А сдачу я принесла на книжку. Йося, этот паршивец Додик, шоб он лопнул, какает тебе в мозги. Он не имеет уважения до матери, так не смей с него учиться, ты меня слышишь?! - Мама, из-за вас весь город с меня смеётся, мама! - вздохнул Йося, - Вы каждый раз тащите денег до очередной сберкассы, я каждый раз приношу их вам взад. Моя доля делает шикарный оборот, мама, но денег через это больше не становится. Ваш гений, мама, растоптал в пыль все законы экономики. Давайте один раз сделаем наоборот - сначала я ограблю кассу, а уже потом вы пополните книжку. Шо вам - жалко попробовать? А вдруг это таки да прибыльно? - Значит так, - Беня засунул револьвер за пояс, -Всем ша! Жора, ползите да стенки и нехай мадам приляжет на вас. Йося, не хами маме. Додик, тащи мешки. Ляля, открой сейф. Этот гоп-водевиль начинает делать мне нервы. И потом, уже почти обед. Я хочу тут скоренько закруглиться и повести Лялю в шашлычную. - В шашлычную? - хмыкнула пожилая дама, - Беня, шоб ты лопнул, или ты решил, шо Херсон - это другая Вселенная и гастроль будет вечной?! - В шашлычную? - взвизгнула Ляля, колдуя над сейфом, - Боже мой, Беня, я не знаю, за шо вы такой известный, но вас еще причёсывать и причёсывать. До шашлычной можете водить этих ваших актрисок. Я не пойду с вами до шашлычной, так себе и знайте. Вечером вы поведете меня до ресторана. Потом танцы, катание на лодке, гулянка под луной и ювелирный разврат. Так это делалось в Житомире, или вы чем-то хуже, Беня? Дверца сейфа щелкнула. - Готово! - сообщила девушка, - Выгребайте скорее, мальчики. Когда налётчики с добычей покинули помещение сберкассы, пожилая дама подошла к окошку и поглядела на девушку, качая головой. - Вы таки шустрая цаца, Ляля, - сказала она, - Но под вашими бигудями прячется недюжинный зад. Я таки не буду пополнять книжку. Я даже сдам шубу обратно. Вы меня понимаете, шустрая цаца Ляля? Потому шо когда рыжая Соня вернётся с херсонских гастролей, у Бени будет бледный вид, у вас - кадухес на полморды, а мой шлимазл Йося на время останется без работы. Так кто ему займёт немножко денег, кроме родной мамы? (c) kurtuazij

cтрелок-радист: kurtuazij, О! сам маэстро.

cтрелок-радист: продолжаю здесь цитировать аффтара ТАКИ НЕ СКАЗКА Моня тихо прошёл в кухню, осторожно вытащил из ведра пакет с мусором и крадущимся шагом двинулся в прихожую. - Нет, вы только посмотрите на этого обрезанного чингачкука! - раздался Басин голос, - Он себе думает, шо может улизнуть от семьи и два часа бэбать за пшик с этим бездельником-милиционэром, шоб ему так же икалось через твои мансы, как тебе через его шмурдяк. - Ша, Бася! - Моня выставил пакет за дверь, которую затем обречённо захлопнул, - Сосед-милиционэр вчера уехал в командировку, ловить бандитов в особых местах. - Ах, командировка? Я не знаю за бандитов, - сообщила Бася, - Но паразитов в особых местах он себе таки словит или я не знаю за эти ваши химины куры. Так тем более куда ты собрался? Риточка хочет сказку. - Шо опять? - очень натурально удивился Моня, - Я думал, она давно спит. - Моня, я тебя умоляю, не виляй формами и не делай вид сбоку, - наморщила нос Бася, - Или Риточка хоть один раз заснула бэз получить порцию твоего голоса? И если за милиционэра мне всё понятно, так хоть стреляй мне в голову, откуда у девочки с музыкальным слухом эта способность терпеть перед сном звуки сирены? - Ой, таки можно подумать, - усмехнулся Моня, - Ты же способна часами слушать в телефон воздушную тревогу в лице твоей сестры Цили! Так у Риточки на лице написано, шо там погуляли твои гены. - Иди уже говорить сказку по системе бикицер, физиономист! - неожиданно миролюбиво фыркнула Бася и прошествовала в гостиную. Моня вошёл в спальню, присел на край кровати, взял внучку за руку и чмокнул тёплую ладошку. - Ну? За шо мы выдумываем сегодня, фэйгеле? За людоеда, который внутри был сливочный торт, или за прекрасного прынца, который на самом деле оказался кислый лимон? Или уже сразу возьмёмся за старую вредную ведьму, которая шо внутри, шо снаружи... - Моня, почему мне сразу кажется, шо ты опять решил наморочить девочку своими глупостями? - моментально отреагировала Бася, - Ты хоть раз в жизни можешь просто сказать ребёнку сказку вместо всю дорогу варнякать за мою единственную сестру? - Деда, расскажи про бабу Ягу и Ивана-царевича? - попросила Риточка. - Ты слышала, Бася? - Моня повернулся к двери и повысил голос, - Вот! Ребёнок сама хочет сказку за Цилю. - "Ребёнок" - это ты за себя, масик? - ехидно поинтересовалась Бася. - Ты же знаешь, мэйделе, - пожал плечами Моня, заглядывая в гостиную и подмигивая жене, - В каждом мужчине прячется маленький мальчик. Или ты за это никогда не слышала? - Конечно! - ответила та и перешла на шёпот, - Но почему именно в тебе - малохольный? Вот шо я спрашиваю себя все эти годы. Говори уже ребёнку сказку и не мешай мне смотреть телевизор. Тут как раз эта гагара Хуанита узнала, шо этот Альбэрто - дикий поц и редкий бульбомёт, и теперь ему настал бледный вид. Вот шо мне никто не дал посмотреть сценарий той серии, где в моё кино пришёл гармидер в твоём лице, Моня?! Ты случайно не знаешь? Старый Моня хмыкнул, пожал плечами и вернулся ко внучке. - Ну значит так, - начал рассказывать он, - Однажды давно баба Яга посмотрел вокруг себя и подумал - а шо я живу совсем одна? - У неё что, совсем никого-приникого не было? Совсем-присовсем? - спросила внучка. - Нет, не то шо совсем уже никого, - покачал головой Моня. Из гостиной донеслось тихое "Ой-вэй, таки нашла шо спросить и главное у кого!". Моня улыбнулся и закончил, - Была сестра, но она жила далеко и недавно женато, шо делало её дико счастливой назло бабе Яге. Так вот та и подумал - а шо это эта неблагодарная сестра, тоже мне царевна, все время пропадает у себя дома и в гробу видела куда-то ехать? Хорошо бы было таки вытащить её сюдой, спрятать в кухню и долго говорить шикарные гадости за этого паршивца, ейного царевича. Это баба Яга так себе подумал, фэйгеле. - Ты обратно за своих выкрутасов? - зашипела Бася, - Давай-давай, сделай мне нервы, так я сделаю тебе такой ойц, шо баба Яга покажется тебе нежнее этой задрипанной фребелички, жены твоего милиционэра! - Ну так вот, фэйгеле, - продолжил Моня, - Баба Яга села в ступу и полетела до сестры. Когда царевич за это узнал, он тут же позвонил в радио и срочно заказал плохую погоду. Но там ему сказали - дорогой Царевич, уже таки поздно делать волны. Так царевич расстроился и спросил - шо такое? Как спасти хорошего человека, так уже поздно, а как полететь в Миргород в отпуск, так зайдите вчера и вечная буря? Или вы там себе думаете, шо Царевич - это пятая графа и делаете назло? Так шоб вы себе знали, шо эта баба Яга тоже не совсем рязанских кровей. Но радио уже повесили трубку. Тогда царевич позвонил в ЖЭК и сказал - слушайте, объявите капитальный ремонт дворца, ну шо вам стоит? Но когда он услышал, сколько именно это стоит и кому именно, у него заболели карманы и он сразу понял, шо попал не туда. Тогда бедный царевич пошел до жены и сказал - слушай, давай нас нет дома? Но жена ответила - знаешь шо? Я вечно вижу твою одну и ту же физиономию уже целых пять лет, дай мне капельку посмотреть на простое человеческое лицо родной сестры. В тот момент царевич понял, шо все надо делать самому и таки позвонил до своей мамы... - Деда Моня? - сонно пролепетала Риточка, - А давай царевич пустит бабу Ягу к себе на совсем-присовсем немножечко? Мне её жалко. Давай? Ты же самый добрый дедушка в мире. - Ты ж моя лапушка, - немедленно растаял Моня и погладил внучку по плечику поверх одеяла, - Только ради тебя и не прямо сейчас. У дедушки засохло в горле. Он дико волнуется через эту жизненную сказку и должен глотнуть водички. Постой меня две секунды, я уже сижу обратно! Моня вышел в кухню, взял из сушки стакан, налил себе воды из графина и залпом выпил. Потом снова наполнил стакан и стал неспешно отхлёбывать, кивая каким-то своим мыслям. Допив, он вернулся в спальню, присел на край кровати и предложил: - Жизнь моя, только давай сразу договоримся отправить бабу Ягу обратно сразу после обеда, пока она добрая? Риточка? Фэйгеле? Заснула, дедушкина гордость... И едва слышно прибавил, улыбаясь: - ... ещё до того, как испортить царевичу все настроение! Старый Моня ещё раз осторожно поцеловал детскую ручку, поправил одеяло и тихонько вышел из спальни. - Боже ж мой, сорок лет рабского труда и доброе сердечко одной маленькой девочки шобы из тебя таки начал получаться человек, - усмехнулась Бася, - Шо это ты вдруг подобрел? Я уже так и вижу - вот моя сестра сидит в твоём кресле и смотрит в твой телевизор. - Страшно подумать, где в этом разе лежит твой муж, мэйделе, - буркнул старый Моня, усаживаясь в кресло перед телевизором, - И я таки имею маленький разговор к тебе за твою Цилю и её приличий.. - Та ты просто никак не забудешь, шо Циля называла тебя супник и таки было за шо! - немедленно перешла в наступление Бася. - Мэйделе, зачем ты болтаешь ерундой? - возмутился Моня, - Ты же знаешь, шо я всегда был дико переборчивый за интимные шашни. - Переборчивый - это таки да, - покачала головой Бася, - Перебирал бабелей, как буряк - даже шобы отказаться, долго, прилежно и со смаком щупал. И только я умела тебя задвинуть одним взглядом. - Так, Бася, это потому шо до свадьбы у тебя был не взгляд, а полная чаша нахес, - согласился Моня, - А после свадьбы оказалось, шо это бездонный бюджет претензий длиной в целую жизнь текущего мужа. - Интересно, шо же такого тогда было до свадьбы в твоём взгляде? - проворчала Бася, - Потому шо под этим взглядом хотелось стать граблями под твоими обоими ногами. - В этом взгляде, мэйделе, сверкал вызов! - с достоинством ответил Моня. - Причём срочный и дико неотложный, - кивнула Бася, - "Аз ох ен вэй, скорее позовите мою дорогую мамочку". - Зачем тебе не стыдно за этих сказок, мэйделе? - всплеснул руками Моня, - Я шо - не делал, как знал? Я шо - не говорил, как думал? - Так шо ты теперь стал вечно такой смелый за моей спиной, я тебя спрашиваю? Ходи до самой Цили и скажи самой Циле все, шо ты имеешь выговориться за саму Цилю! Почему я должна в каждом разе выслушивать этих твоих стой стрелять буду? - Бася, не надо возбуждать меня за здесь, шобы выскочило через там, - Моня прищурил глаз, - Я и Циле таки выскажусь одноимённо, если она поимеет нахальство появиться в моем доме! - Ну так иди репетируй говорить Циле твой речь и тут же скоренько ховаться под тахту, - радостно предложила мужу Бася, поднимаясь с тахты. - Уже беру разбег! - хмыкнул тот и вдруг нахмурился, - Или ты шо-то имеешь мне сказать, шо я в гробу видел услышать? - Ну, шобы нет - так да, я чуть не забыла тебя осчастливить. В Цилином доме затеяли капитальный ремонт и я пригласила сестру пожить пока у нас, - Бася сложила руки на груди и поглядела на Моню исподлобья, - Надеюсь, три месяца тебе хватит, шобы выдать Циле всё то, шо спит и видит вырваться вот уже сорок с гаком лет? Весь этот твой "таки Крыжополь должен быть разрушен". Чаю хочешь, феркакте царэвич? И она направилась в кухню с видом Давида, хладнокровно проигнорировав душераздирающее "Ой-вэй, таки капец на холодец, шоб я вечно какал семочками!" новоявленного Голиафа. (c) Kurtuazij

cтрелок-радист: ВЫЗОВ - Але, доктор? - женский голос в трубке сочился трагизмом, - Это к вам беспокоит покойный супруг мадам Розы. Скажите, вы сегодня работаете пешком? Хаим Канарейчик медленно отнял трубку от уха и задумчиво почесал ею лопатку. Мадам Роза отказывалась изменять себе. Доктор вздохнул, потом вернул трубку в исходное положение. - А почему, я дико извиняюсь, покойник говорит голосом своей безутешной вдовы? - вежливо поинтересовался он. - Если бы Додик был обратно живой, так он всё равно умолял миня позвонить заместо его, - загудела трубка, - Он такой стеснительный, вы же знаете, доктор. Он даже мёртвый боится вас потревожить. Так вы придёте до нас? Хаим почесал нос. Трубка умоляюще всхлипнула. - Ну хорошо, - ответил Канарейчик, - До обеда я уже имею три вызова до живых больных, но сначала я таки забегу до вас. - Ой, спасибо, доктор! Так мы ждём с нетерпением! - затараторила трубка, - Вэй, мать моя женщина, я же должна скоренько привести себя в порядок! В половине десятого доктор интеллигентно постучал в дверь мадам Розы. - Дорогой пан Хаим, здравствуйте вам! - Роза широко распахнула дверь, - Заходите, снимайте ботинки, вот тапки. Ходите до большой комнаты. - А где же покойный? - спросил Канарейчик, входя в гостиную и озираясь по сторонам, - Мадам Роза, войдите же в моё неудобное положение! Я таки крепко затрудняюсь произвести осмотр усопшего, если он гуляет неизвестно где. Роза смущённо опустила глаза. - Боже ж мой, доктор! Причём тут усопший? Ему же ж все равно. Он вас позвал, потому шо у его вдовы скочет давление и усиленно бьётся сердце. Садитесь на диван, там удобно. - Я так понимаю, шо очередная смерть наступила насчёт планового несчастного случая? - спросил Канарейчик, присаживаясь. - Смотрите сюдой, пан Хаим, - Роза тоже присела на диван и доверительно положила ухоженную руку доктору на колено, - Сегодня утром галантерейщик, пан Яша, случайно проходил мимо и занёс счёт за прошлый месяц. Вы же знаете этих мужчин, они же ничего не соображают за денежные вопросы! Разве можно так просто совать такой некрасивый счёт в руки такому неподготовленному Додику? Нет, вы представляете себе, какой шлимазл? - Та об чем речь, мадам Роза? Или я да не представляю! - Канарейчик не позволил себе даже намёка на усмешку, - И шо же пан Додик? Немедленно умер? - Шо вы так торопитесь? Вы шо - должны ему деньги? Додик почитал счёт, потом встал, сказал искать себя на кладбище и ушёл. А пан Яша увидел, какое у меня горе и побежал заказывать материал для платья. Может он и не понимает за тактичность, но таки да шикарно понимает за утешить безвинно овдовевшую женщину. - Мадам Роза, скажите мине, как врачу, - доктор раскрыл саквояж и вытащил тонометр, - Так вы уже искали пана Додика? - А я себе подумала - шо его там искать? Во-первых, я ещё не слышала шобы с кладбища терялись. А самое главное, я же могу поиметь инфаркт от горя и неожиданности, и кто тогда будет ухаживать за Додиком? Этот эгоист всегда боялся, шо я умру до него, как будто мне мало головной боли по хозяйству. Доктор, придвиньтесь до меня и скажите, как я себя чувствую? Я уже имею широкий инфаркт? Телефонный звонок помешал Канарейчику пойти навстречу просьбам вдовы. - Ой, доктор, прошу вас - подойдите до телефона, - мадам Роза вздрогнула и молитвенно прижала руки к груди, - Я вся на нервах! Вдруг это шо-то случилось с Додиком? - Мадам Роза, шо уже ещё такого непоправимого может опять случится с вашим паном Додиком? - пожал плечами доктор и взял трубку, - Але? О! Таки теперь вы именно туда попали, пан Додик! Шо там на кладбище? Без изменений? Ах, вы в лавке у мадам Сони! Или вы с ума сошли пить этот шмурдяк из прошлогоднего нафталина?! Шоб я так жил, как вы даже после смерти не хочете бросить ваших губительных привычек. Слушайте, дорогой мой, ходите до дому, пока вы, не дай бог, обратно не умерли, но в этом разе уже бесповоротно. У мадам Розы давление, ей нужен полный покой и ласковое слово. Шо? Нет, не вечный - полный. Шо? Нет, не последнее. Таки последнее останется за мадам Розой даже если лично вы, не дай бог, оглохнете, а лично она, не дай бог, онемеет. Шо? Или я видел этот счёт? Я видел этот счёт, пан Додик. Он не включает траурное платье для вашей вдовы и будет лучше, если вы оживёте в ближайшие десять минут, потому шо пан Яша уже спит и видит вас в белых тапочках по сорок шесть рублей за метр чёрного гипюра. Так вы уже бежите? Я рад! И слушайте сюда ещё раз, пан Додик - когда вы умрёте в следующем месяце, ради бога, не ходите на кладбище. Вы всю дорогу вертаетесь оттуда пьяный, люди уже стали плохо думать за похоронные власти, а тем это крепко неприятно. Не злите их, дорогой мой, как врач говорю - когда-нибудь вам таки придётся иметь с ними дело на полный серьёз. Доктор Канарейчик положил трубку и повернулся к Розе. - Нет, как вам это нравится, пан Хаим? - с возмущением спросила та, - Люди спокойно живут с широким инфарктом, а этот жмот имеет нахальство умирать через какой-то несчастный пеньюар! Из-за чего весь этот гвалт, я интересуюсь? Вы бы видели этот пеньюар. Постойте меня тут, я сейчас покажу вам эту смешную причину смерти усопшего. Роза направилась в спальню, но суеверный Канарейчик замахал руками. - Мадам Роза, я вас умоляю - только не показывайте на себе! Как врач вам говорю! - А как мужчина? - прищурилась та. - Я же по вызову, мадам Роза, - укоризненно покачал головой доктор. - Ах, пан Хаим! - Роза покачала головой, - Какая жалость, шо в таком разе медицина сильнее вас! - И не говорите, мадам Роза! - кивнул Канарейчик, направляясь к двери, - Хотя Гиппократ мине свидетель, вы уже второй человек в моей практике, против которого медицина таки бессильна. (c) Kurtuazij

cтрелок-радист: ЭТЮД В два часа ночи известный на весь город доктор Хаим Канарейчик был неожиданно разбужен в своей собственной постели двумя совершенно посторонними людьми. Крепкие руки одного стащили с доктора одеяло, ещё более крепкие руки второго аккуратно приподняли его за подмышки и перевели из лежачего положения в сидячее. От неожиданности Канарейчик немножко испугался, а от испуга совсем проснулся и уставился на посетителей выпученными немножко больше обычного глазами. - Добрый вечер, доктор, - тихим басом сказал первый, - Слушайте, вы такой шкилет на внешний вид, но этот вид таки нивроку весит! - Доктор, - громким шёпотом произнёс второй, - Извиняйте за поздний визит, но кто же ходит спать с открытой дверью? Или мама не говорила вам, шо в этом городе полно шпаны? - А английский замок? А внутренний засов? А стальная цепочка? - пролепетал Канарейчик. - Йося, ты заметил шо-то такое на входе? - поинтересовался второй у напарника. - Додик, ты с меня смеёшься? - пожал плечами тот, - Это не дверь, это настойчивое приглашение быть как дома. - А шо вам надо, господа? - Канарейчик зябко поёжился, с опаской переводя взгляд с одного визитёра на другого, - Если полечить грудную клетку, так приходите утром, а если пограбить, так идите лучше до стоматолога Функа. - Доктор, - Йося развёл руками и усмехнулся, - Или мы учим вас за вашу работу? - Доктор, - Додик вежливо улыбнулся, - Беня очень просил вас быстро прибежать. - Беня? Таки сам Беня? - доктор спустил ноги с кровати и принялся нащупывать тапки, - Или ему так плохо, шо нельзя подождать? - Ему очень плохо, - грустно подтвердил Йося. - Дайте мине две минуты на одеться, - Канарейчик потянулся за брюками. - Доктор, Эдя Ротшильд затопил бы весь Париж собственной слюной, глядя на эту шикарную пижаму, - Йося взял того под руку и потянул к двери, - Ходите так. Беня ценит ваше время так же, как вы цените своё здоровье. - Беня хочет видеть ваши уши, - внёс окончательную ясность Додик, - Так какая разница вашим ушам, доктор, во шо одет весь остальной организм? - Главное, шобы он не пострадал через глаза, - подхватил Йося, - Так их мы вам сейчас закроем в лучшем виде. И он полез в карман. Доктор Канарейчик зажмурился от ужаса и вжался в спинку кровати, мысленно прощаясь с жизнью. Но Йося вытащил из кармана не пистолет, а чёрную повязку. После недолгой поездки в фаэтоне и ещё более короткой переноски, доктора поставили на пол и сняли с глаз повязку. Канарейчик стал озираться по сторонам, разглядывая комнату и находившихся в ней людей. Кроме Бени, которого знал весь город, и уже знакомых доктору Йоси и Додика, в помещении находилось ещё двое - мужчина и женщина. Беня подошёл к доктору и легко хлопнул его по плечу. - Дорогой доктор, я так рад, шо вы мине не отказали! - Слушайте, - наклонил голову Канарейчик, - Медицина таки может очень много, но даже она ещё не знает надёжный способ отказать Бене. Так шо я могу вам сделать, шобы скорее обратно оказать в своей кровати собственными ногами? Беня пристально посмотрел доктору в глаза. - Люди говорят, шо Хаим Канарейчик голым ухом услышит самый маленький хрип в самой глубине больного через зимнее пальто, даже если это пальто стоит в самом центре нашего базара. Так я спрашиваю - или люди брешут? - Беня, стойте тихо и дышите громко, как будто вы никуда не торопитесь, - Канарейчик приложил ухо к Бениной груди и замер, прислушиваясь. - Ну и шо там слышно внутре миня? - поинтересовался Беня. Доктор Канарейчик посмотрел на него и улыбнулся. - Таки вы чисто дышите, Беня. Так чисто, шо я слышу, как тикают ваши золотые часы. Интересно, шо ещё вчера эти самые часы жизнерадостно тикали на пузе этого вечно простуженного маклера, Сёмы Спектора. - Люди не брешут или больше не зовите меня Беня, - хлопнул себя по бёдрам тот, - Доктор, таки вы маэстро слуха! У миня тут есть один головной боль, так вы же поможете мине сделать ему вырванные годы? Он взял Канарейчика под руку и подвёл к стоящему в углу массивному сейфу. - Если я буду медленно крутить за вот это колёсико тудой, доктор, так оно будет тихонько трещать. А вы прикладите своё ухо до этого места - я хочу шобы вы слушали и сразу сказали, если оно вдруг щёлкнет совсем другим баритоном. Потом я покручу его сюдой и вы обратно будете слушать. Когда эта дверца откроется, то король умер станет да здравствует король. - Беня, - доктор присел перед сейфом и прижался ухом к дверце, - Я не очень понял за короля, но мине таки любопытно другое.. А если кто-нибудь, не дай бог, войдёт? А если кто-нибудь потом, не дай бог, спросит? - Не трясите чубчиком, доктор, - кивнул Беня, принимаясь вращать циферблат кодового замка, - У нас есть маслин для всех любопытных. А на потом мы красиво сделаем вам такой бледный вид, шо будет ясно, шо вас грубо заставили. А теперь всем ша! Ваш выход, доктор. Дверца сейфа бесшумно открылась. Беня довольно улыбнулся, обнял Канарейчка и звонко расцеловал его в обе щеки. - Маэстро, если вам когда-нибудь перехочется мазать сопли йодом, ходите до миня. Спросите, кого хочете, или Беня таки умеет уважать квалификацию. Вы знали Мойшу Хруста? Так вот, Мойша был королём. Так он жил, как король, и умер, как король. Мойша Хруст был королём слуха и если кто-то скажет, шо это не так, то он будет иметь дело с Беней, который умеет постоять за светлую память хорошего человека. - А шо случилось с Мойшей, Беня, вы случайно не знаете? - голос Канарейчика предательски задрожал. - Ах, доктор, - Беня смахнул слезу и отвернулся, - Я слышал, шо Мойша думал за медицину лучше, чем мы с вами. А теперь Йоси и Додик вернут вас взад, до вашей тёплой кровати. - Беня, я дико извиняюсь, но мы капельку забыли за алиби, - Канарейчик вежливо подёргал Беню за рукав, - Вы дадите мине такое алиби, шо городничий будет плакать в оба два глаза и крепко жалеть миня всем своим скверным характером, если вдруг шо? - Маэстро, не надо говорить два раза, - Беня положил руку на плечо доктора и кивнул своим бойцам, - Вы сами выберете себе такое алиби, какое хочете выдержать. Ходите тудой и нате вам. Бандиты синхронно подняли сжатые в кулаки правые руки. Хайм внимательно рассмотрел каждый, уважительно кивая головой, и повернулся к Бене. - Слушайте, Беня, нехай к мине приложится мадам. Я имею думать, шо у неё лёгкая рука. - Сонечка, - обратился к женщине Беня, - Удовлетворите доктора. Пускай никто не имеет сказать, шо Беня бросает слов на ветер. Рыжеволосая Соня игриво подмигнула Канарейчику, нежно коснулась пальцами левой руки его щеки, а потом с неженской силой провела классический хук справа в челюсть. Хаим Канарейчик громко икнул, закатил глаза и стал заваливаться назад. Йося ловко подхватил обмякшее тело, закинул его себе на плечо и направился к выходу. - Сделайте в сэйфе чисто, - велел Беня своим, - А вот эту коробочку оставьте. Не зовите миня Беней, если я забуду позаботиться за хороших людей. Все, делаем ноги. Ближе к обеду следующего дня доктор Канарейчик сидел в стоматологическом кресле. - Таки это да красиво! - доктор Функ осторожно вложил пациенту тампон за щеку, - Это надо уметь, коллега. Так уронить лицо об унитаз, шобы сломать клык? Слушайте сюда, Хаим - я поставлю вам дюралевую коронку. - А жоётую нийжа? - поинтересовался Канарейчик открытым ртом. - Таки можно, - кивнул Функ, - Но тройной тариф, коллега. Она у меня последняя. Представляете, какой-то бандит вчера ночью очистил мой сэйф. А я спал, как грудной пожарник. Мине бы ваш слух, Хаим, так я бы, может, проснулся и успел поднять хай. И ещё.. обезболивающее тоже украли, так шо приготовьтесь сильно потерпеть.. (c) Kurtuazij

cтрелок-радист: а вообще кому понравилось, добро пожаловать на Ямб там есть таки что почитать

cтрелок-радист: даже думал запостить в политику. но потом опаментался Парикмахер Мастер-парикмахер Изя Зерберблюм был чистокровный еврей. На подкалывающий вопрос – Изя, а вы действительно еврей? Он, смеясь, отвечал, — О-о-о, ещё какой… а почему ви интегесуетесь? На вопрос почему, он из процветающего Израиля вернулся в засранную Россию, он отвечал, — Ви знаити, пятьдесят лет я жил здесь в полной увегенности, что я чистокговный евгей, и всего за полгода жизни в Изгаиле я понял, что я таки гусский… Он был мастер — золотые руки. Клиенты были расписаны у него почти на месяц вперёд, и это не смотря на то, что в его парикмахерской работало еще пять мастеров-женщин, которым он исправно платил зарплату, а через улицу находилась парикмахерская конкурентов. Работая, Изя напоминал пчёлку собирающую нектар, и не только тем, что кружил над головой клиента, как над цветком, но и тем, что жужжал не замолкая. - Ви спгашиваити, пачиму я вегнулся, я вам скажу, ви помнити стагый анекдот, когда кегебешник спгашивает Абгама, — у вас есть готственники за гганицей? Абгам отвечает – нет, — как нет, если у вас бгат в Изгаиле, — так это я за гганицей, а он на године… Я вам для чего гасказываю?! Для того, что бы вы так ггомко смеялись, пугали клиентов и мешали мне габотать?! Таки нет. У меня есть бгат за гганицей, потому что моя година здесь. Фима же мне ничего не сказал… пгиезжай, Изя, пгиезжай, Изя… ну я пргиехал, во пегвых ви знаити, как они там габотают? Исли бы они так габотали здесь, то за год мы бы постгоили коммунизм… здесь он габотал учителем тгуда и был уважаемый человек, там он тягает мешки, и у него гемоггой до колен, он всю ночь его впгавляет, а утгом опять на габоту, мне надо такое счастье?! Но не в этом дело, у меня же Сонечка, ви понимаете?! Она же талантливая девочка, она же за два месяца выучила ивгит, как я за пятьдесят лет не выучил гусский. Ей же надо получить обгазование. Какое обгазование она может получить в Изгаиле?! Она единственная в классе знала таблицу умножения. Ви думаити я шутю? Нет, ви думаити я шутю. Таки нет. Когда учительница математики забывала дома калькулятог, они вместе вели угок, потому что и учительница тоже не знала таблицу на память. Зачем им голова, если у них есть калькулятог?! А я таки думаю, что голову нужно иметь всегда. Но не в этом дело. У них женщины служат в агмии. Нет, вы пгедставьте моя Сонечка будет бегать с автоматом и стгелять в агабов. Фима смеётся и говорит, что у них не госсийская агмия, у них погядок, нет дедовщины и даже ночевать отпускают домой, и евргейские командигы всегда снисходительны к девушкам, нет мне нгавится этот поц*, а агабские пули тоже снисходительны к девушкам?! А там таки стгеляют. Ему хогошо говогить, у него пять головогезов, и все шлемазл на шлемазле*, а у меня одна Сонечка, умничка какой свет не видел, мне было согок лет, когда она годилАсь, мы же с Фаиночкой потегяли уже всякую надежду, а тут такое счастье, и тепегь я хочу внуков. Бачки у нас косые?.. пгямые?.. хогошо… Вечегом мы поговогили с Фимой за агмию — утгом я сказал Фаиночке, что мы едем домой. Я понял, что я не евгей, потому, что женщина не должна служить в агмии, женщина должна гожать детей. Нет ви не подумайте, что я пегеживаю, что могут убить моего гебёнка, нет я очень пегеживаю, что могут убить моего гебёнка, не дай бог, не дай бог, тьфу, тьфу, тьфу, но не только в этом дело, как женщина может стгелять в людей?! женщина не может стгелять в людей, женщина должна гожать людей, а агабы они ведь тоже люди. Нет ви только не подумайте, что моя Сонечка должна гожать агабов, не дай бог, не дай бог, тьфу, тьфу, тьфу, нет, ну если бы она угодилась лицом в свою маму то, тогда бы, я плевал на эти пгедгассудки, но она ж у меня в бабушку Цилю, кгасавица, но я не об этом… У меня тут габотал мусульманин, ну он конечно не агаб, но мусульманин, пгикгасный оказался человек … но начну с начала, так вот, Светочка гешила сделать мне больную голову, и не пгидумала ничего лучше, как уйти в отпуск, нет ви пгетставляете себе, ну какой ногмальный человек идёт летом в отпуск?! Летом, когда тут не успели закончиться выпускные, как начинаются… ну да ладно, в общем люди идут — надо габотать, а ей дайте отпуск… вы не повегите, но я стоял пегед ней на коленях… я стоял пегед ней на коленях, пока не показал ей дулю… я показал ей дулю — она уволилась… как вам нгавится эта тгудовая дисциплина?! И тут пгиходит человек и говогит, что он пагикмахег и ему нужна габота, я поставил его на светочкино место, и он таки оказался отличный мастег, нет, если Изя Зегбегблюм не гаспознает мастега, кто его гаспознает в этом гогоде?! Его имя Бохтиёг, нет, на конце не «Г», а «Г», от слова «гакета», нет, ну что это за имя?! газве это можно запомнить?! ну газве это гусское имя?! Лёва, Иосиф, ну Хаим наконец, но Бохтиёг, вы меня извините… я попгосил газгешения звать его по-гусски — Богя, как Ельцина. Он газгешил. Ви можити себе пгедставить, что учудил Богис в пегвый же день?! Ви не можити себе этого пгетставить… Пгикгойте глазки, я чёлочку подгавняю… вот тепегь говненько… Так вот, посегедине габочего дня Богис гасстелает ковгик пгямо в зале и начинает молиться Богу… все девочки пгосто в шоке… нет я конечно понимаю, что из подсобных помещений у меня только туалет и там Богу не помолишься, но ви поймите меня… на моих глазах клиентка, сидящая в очегеди, поднимает свой толстый тухес* и уносит его вместе с моими деньгами… и мои деньги она несёт этим шагомыжникам*, чегез догогу… и я её понимаю, у нас же не тот менталитет… у нас же люди только в цегкви молятся… если молятся… И что ви думаити, Изя Зегбегблюм устгоил скандал и выгнал человека с габоты?! Изя никогда не выгонял человека за то, что он молится Богу. Изя воспитанный человек. Ви знаити, мне всю жизнь было стыдно. До одна тысяча девятьсот девяноста пегвого года мне было стыдно, что я не газу не был в мавзолее, после девяносто пегвого года мне стыдно, что я не газу не был в синагоге, а тут человек молится. Я тактично подождал пока он закончит, и сказал, — Богис, я очень уважаю ваши гелигиозные чувства, но не надо тгавмиговать психику моим клиентам и мне лично, я вас попгошу когда вы молитесь Богу, заходите пожалуйста за шигмачку, чтобы вас никто не видел. Он меня понял. Головку наклоните чуть-чуть… вот так… один моментик… что бы было говненько… Так вот. Пгиходит как-то Мойшин сын… Ви знаити Мойшу?… ви не знаити Мойшу?!.. ой, откуда ви можити знать Мойшу, ладно… пгиходит Вадик, Мойшин сын, подстгичься… Вадик сегьёзный мальчик, ему двадцать тги года, он занимается этим, как его… на букву «А»… если ви подумали пго Ананизм, ви ошиблись… агмгестлингом, вот… у него гука в бицепсе чуть уже, чем нога у моей Фаиночки… вы видели Фаичкины ноги? … и не дай Бог вам их видеть… у него на шее золотая цепочка толще моего мизинца. – Дядя Изя, я подстгичься, — я ему говогю, — поздгавляю, но у меня нет вгемени, Вадик, солнце моё, все клиенты гасписаны буквально по минутам, только на следующей неделе, или у дгугого мастега, — он мне, — дядя Изя, ви евгей и я евгей, так наплюйте на клиентугу, подстгегите меня, — я ему говогю, — Вадик, солнце моё, ви евгей и я евгей, но клиентуга мне годней, поэтому или ви стгегётесь у Богеньки, потому, что в этом гогоде он после меня лучший мастег, или идите на гынок, купите селёдку и могочте ей голову. Вадик пошёл к Боге. Так вот. Ви Вадика видели? Ви не видели Вадика?! … ой, откуда ви можити видеть Вадика, ладно… у него же волосы не гастут только в двух местах, на ладонях и на языке. Когда Богя стгик ему шею, Вадику пгишлось снять золотую цепочку. Вадик подстгигся, гасплатился, пги всех, одел цепочку и вышел… и что бы ви думали?! Этот шлэмазл вегнулся через десять минут… я извиняюсь за ггубое слово – он пгосгал свою цепочку и не знает где… ой, как он её искал… я удивляюсь, как он не вскгыл полы в моей пагикмахегской… все видели, что он ушел в цепочке, я видел, Богя видел, девочки видели… ещё бы девочки не видели… когда заходит Вадик, девочки стгигут клиентов наощупь, потому что смотгят ему в шигинку… ладно, не будем за девочек… Вадик уехал, Богя вышел на кгыльцо и нашёл его цепочку… нет, вы часто видели, что бы человек нашёл золото и отдал его?! Я не видел… мало того, он отдал Вадику цепочку, и не взял с него ничего… Вадик плакал от гадости… я не могу, человеку двадцать тги года… ну хотя, кто бы ни плакал… Ну ка повегните головку… так повегните… и здесь теперь говненько… ха-га-шо… Богя уехал чегез тги месяца домой, и ви знаити почему он уехал? Ви не можити себе пгетставить почему он уехал, а я вам скажу – по гелигиозным сообгажениям, да именно по гелигиозным, если вы гешили, что здесь его кто-то обидел вы глубоко ошибаетесь, за что тут бы его кто-то обижал?! Человек молится Богу — пусть молится, человек пгекгасно габотает – пусть габотает, вы думаити он соскучился по семьё – жене и четыгём детям?! Нет, я думаю, он конечно соскучился по четыгём детям, потому, что он кушал здесь один дошигак, а все деньги отпгавлял туда, но уехал по дгугой пгичине… я вам гасскажу… Богя мусульманин… я жил пятьдесят лет и думал, что мусульманин это тот, кто загабатывает деньги ггабя, убивая и насилуя людей и называя это джихад, а тгатит деньги на пгоституток, свиной шашлык и гусскую водку… Богин бгат был из этих мусульман… так вот Богя не сошёлся взглядами на гелигию со своим годным бгатом… он жил на снимаемой им квагтиге ещё с тгемя земляками, и не мог спать по ночам, потому что каждую ночь были пьянки и пгоституки, пгоститутки и пьянки… Богя тегпел тги месяца, но не выдегжал и сказал ему – Побойся Бога, как ты живёшь?! Вы знаити, что ответил бгат? И я не знаю, Богя не стал это гассказывать, но Богя уехал… но он гассказал много дгугова…Так вот, мусульманин не может убивать и ггабить – это хагам, мусульманин не может насиловать женщин – это хагам, мусульманин не может есть не кошегную пищу – это хагам. Мусульманин должен молиться и давать деньги бедным. Вы видели настоящих мусульман? Я видел только Борю, но я ему вегю. Ви будити смеяться, но я вам скажу за себя. Если я не хожу в синагогу и не становлюсь сгеди габочего дня коленями на ковгик, не значит, что я не молюсь Богу, золотой мой, я каждый день благодагю Бога, и за мою Сонечку, и за мою Фаиночку, и за мой дом, и за мою пагикмахегскую, и за всех моих клиентов. И ещё я вам скажу — я боюсь ходить мимо вокзала, потому что цыганские дети-попгошайки не дают пгохода, и я каждый газ плАчу, потому, что мне жалко денег. Да, пгедставьте себе, мне жалко загаботанных мной денег, но каждый газ я даю им, потому, что не могу смотгеть на их ггязные могдочки. Я к чему вам всё это гассказываю?! Я жил пятьдесят лет и думал, что я евгей, и только сейчас я понял, что я гусский и ещё и мусульманин. Ой, нет… ой, нет… о зохен вей*… ой, я закгою глаза, чтобы не ослепнуть… вы жеж посмотгите какой вы стали кгасавчик… вот посмотгите, как сзади… я вам зегкальце подставлю, чтоб затылочек видно… если вам кто-то скажет, что вы помолодели на пять лет, плюньте ему в лицо — вы помолодели на десять… вас на следующую стгижечку когда записать? Чегез месяц? Я вас умоляю, чегез месяц вы загастёте, как у моей Фаечки подмышки. Ви думаити это кгасиво?! Вот давайте на десятое?! Вас на утгечко или после обеда? Вот и хогошо, золотой ви мой… * * * © Мастер Глюк

Lucky fox:

cтрелок-радист: первый раз слышу за автора. но кошерно, кошерно ... Солнечным утром 21-го июля в доме № 12 по улице Темпельгассе прозвенел звонок. - Кого там принесло? Держите меня семеро! Фима, это ты?! – удивлённо произнёс человек, открывший дверь. - Что ты шумишь, как горный водопад? Здравствуй, Адам! Братья-близнецы похлопали друг друга по спине, и Фима вошел в дом. Квартира Адама была обставлена хоть и плохонько, но с налетом изящества, как и подобает жилищу раввина. Бросив шляпу на стол, Фима без приглашения уселся в кресло у камина и пригласил Адама занять место напротив. - Ребе! – начал гость, но тут же был остановлен жестом Адама. - Брат мой, давай без этих вступлений — мы не в синагоге. - Хорошо! Фима поёрзал в кресле и начал снова: - Я имею до тебя несколько слов, Адам. С тех пор, как ты бросил наше нелегкое ремесло и перебрался в Черновцы, мы стали видеться очень редко. Дядя Шариф, которому скоро 80 — дай ему бог еще столько же, ездит к проституткам чаще, чем встречаемся мы. Ты стал раввином, известным и уважаемым человеком, кушаешь обеды у бургомистра, живешь счастливо, как вошь на пейсах, а о своём младшем брате совсем забыл. Никто не помогает бедному Фиме! - Фима, слушай меня ушами, а не тухесом! Ты сам виноват во всех своих бедах. Наша мама появила меня на свет первым, а ты вышел позже. И ты всегда был вторым номером. Имея деликатные руки и хорошую голову, ты имел бы счастье, как еврей в Швейцарии. Но ты, словно рошинский бук, не имеешь ни рук, не головы. Ты всегда плелся позади меня, как хромая Рокель, и ничего не успевал. Скажи, зачем ты позвонил в моё помещение? Я добрый человек и могу делать добрые дела, но .. - Если ты мне не поможешь, я тебя убью, – перебил Адама младший брат. - Ах ты биндюжник! - Не будем говорить громко! Кем ты сам был 15 лет назад, святой отец? Напомнить тебе, как мы брали ювелиров и других честных спекулянтов? Помолчав, Фима продолжил: - Моё горе не имеет краёв и мне нужна твоя помощь. После этого ты меня больше никогда не увидишь, как тетя Сима своего сбежавшего мужа. - Ты кушаешь мне сердце! Что тебе надо? - Если ты умрешь, на твои похороны соберутся все почтенные евреи со всего города: Циммерманы, Плицкеры, Гройсы, Арнтгольцы и прочие. Все ювелиры закроют лавки и придут почтить память дорогого ребе. А в это время на сцену выйдет Фима Хаслер и возьмет пару магазинов, чтобы заиметь немножечко счастья и денег. Я уже договорился с контрабандистами. Эти серьёзные люди будут ждать меня завтра вечером у моста в Залещиках. С моими деньгами они переправят меня в Польшу, где я буду иметь всё, что только может хотеть душа еврея. Осталось лишь решить вопрос с тобой. - Ты таки хочешь сделать моей жизни конец, братец Каин? - У нас есть два варианта. Хороший вариант: сегодня ты, как одноногая тетя Хаза, весь день сидишь дома и не подходишь к двери. И завтра до 11 утра ты тоже никуда не высовываешься. В 11 ты откроешь дверь и явишь свой здоровый и вполне себе еще живой лик своим заплаканным прихожанам. Ты делаешь удивлённые глаза и все счастливы. Плохой вариант: не хочу делать тебе больно, но если тебя не устраивает первый вариант, я буду вынужден сделать тебя на несколько граммов тяжелее, ребе. Фима вытащил револьвер и посмотрел на Адама. Адам улыбнулся. - А как ты расскажешь о моей смерти всему городу? - Такие новости разносятся быстро. Вечером я сообщу об этом в газеты, которые выходят рано утром — этого будет вполне, чтобы все Черновицкие евреи собрались у тебя под окнами уже к 10 часам. И там они обнаружат тебя или живого, или неживого. - Я предпочитаю всё-таки живого. - Значит, мы договорились, брат? - Пусть не дожить мне до старости, если не договорились! - Хорошо! Фима поднялся и с размаху ударил револьвером Адама по голове. - Извини, Адам, за такой фасон, но я лучше подстрахуюсь. Фима пошарил по тумбочкам, нашел какую-то веревку и связал брату руки. Захлопнув за собой дверь, Фима исчез. Очнувшись на полу, Адам через какое-то время смог развязаться. Посидев немного в кресле, он подошел к зеркалу, задумчиво посмотрел на своё бородатое лицо и протянул руку к бритве. Утро 22-го июля выдалось богатым на события. Еврейская община была ошарашена новостью о том, что вчера поздним вечером скончался ребе Адам Хаслер. Все городские газеты пестрели некрологами аж на трёх языках, смерть ребе была главной темой разговоров на рынках. Сворачивая торговлю, закрывая магазины и лавки, толпы евреев целыми семьями шли на Темпельгассе. К удивлению первых прибывших, дом был заперт, а возле дверей сновали полицейские. На часах было начало одиннадцатого. А в это время в другой части города происходили не менее интересные вещи. Фима, пришедший с револьвером в кармане на улицу Херренгассе, с удивлением обнаружил, что ювелирный магазин мадам Айзенберг уже кто-то ограбил. Неприятный холодок пробежал по спине налетчика. Немного подумав, Фима свернул на другую улицу, где располагался ломбард деляги Циммермана. Увидев выбитые стекла и в этом заведении, Фиме стало не по себе. Не было еще и десяти, а уже целых два салона кто-то успел обчистить до него. Невероятно! Внезапно до Фимы донеслись звуки выстрелов. Спрятавшись за каштаном, налетчик стал вглядываться в начало улицы. Из-за дома вывалился окровавленный парень и, отстреливаясь от погони, побежал в сторону Фимы. Фима выступил из-за дерева, схватил беглеца и затащил его в подворотню. Полицейские промчались мимо. - Ба! Какая встреча, Штырь! Что за кипиш кругом? Штырь непонимающим взглядом уставился на Хаслера. - Ты че, Фима? Ты же вчера был на сходке. - На какой сходке? - Хася, кто тут раненый, я или ты? Ты вчера сам собрал сходку, мол, всем уважение и почет, господа и мосье, завтра утром все ювелирки можно брать голыми руками – хозяева будут на похоронах, полиция будет там же. Мы и улицы все поделили, и магазины, чтоб друг другу не мешать, тебе самые кошерные места оставили… Эй, ты меня слышишь? От яростного крика Фимы с крыш посдувало всех воробьёв. Бросив Штыря, Фима помчался к Ратуше, где толклись извозчики. То тут, то там слышались крики и свистки полицейских – это возвращались к своим разграбленным магазинам евреи, которые так и не увидели своего любимого ребе – дом № 12 по улице Темпельгассе был пуст. Фима сменил несколько экипажей, пока добрался до Залещиков. Был уже глубокий вечер, когда Фима, путаясь в высокой траве, спустился к мосту. Контрабандистов уже не было, а на месте их стоянки валялся какой-то чемодан. Вглядываясь во тьму, Фима увидел отдаляющуюся лодку. Человек, сидевший на краю лодки, увидев Фиму, встал и помахал ему рукой. - Ада-а-а-ам! Я тебя убью-ю-ю-ю! – что есть мочи заорал Фима и разрядил весь барабан в фигуру брата. В ответ донесся смех. Фима зашвырнул пустой револьвер в воду, обхватил голову руками и уселся на чемодан. Немного посидев, Фима встал и заглянул в его чрево. В чемодане лежала одежда раввина, шляпа, какая-то нелепая накладная борода на веревочке, Тора и конверт. Разорвав конверт, Фима впился глазами в записку. «Эти вещи для тебя. Теперь раввин Адам – это ты. Возвращайся в Черновцы, Второй номер.» Туманную тишину разорвал рёв Фимы. © Рыцарь Третьего Уровня

METAL HEART: Шалом . Заводы - рабочим, землю - крестьянам, Euro - евреям! Больше здесь http://www.grach.msk.ru/aforizm/evrei/page1.php

Alexmaritime: seamju пишет: Болеешь? ни че - сейчас его вылечат..

AlexS: С тем товарищем наш форум попрощался. Пусть идет.... на другие источники. Наверное у него в Азербайджане много более интересных форумов.

cтрелок-радист: ИНДПОШИВ Галантерейщик Яков отложил гроссбух, услышав скрип открывающейся двери, и буквально выпорхнул из-за конторки навстречу посетительнице. - Ой, мадам Бетя! Ай, мадам Бетя, - затрещал он скороговоркой, - Или вот кто, на минуточку, совсем не вспомнил за дорогу к маленьким радостям женской жизни! Или вот кто совсем за себя даже капельку не думает! Но разве может такая уважаемая дама вообще забыть за лучшего друга женщины?! - Вы таки стали торговать драгоценных бриллиантов? - удивилась Бетя. - Та ни боже ж мой! - помотал головой Яша, - Я говорю за галантерейщика, мадам Бетя. Я имею заявить, шо... - Ша, пан Яша! - Но я только.. - Ша два раза, я сказала. Оставьте сыпаться в комплименты до самого себя, идите и дайте мне платье. - Мадам имели сказать "шубу", разве нет? - удивился Яша. - Зачем шубу? Откуда шубу? - скривилась Бетя, - Я плохо говорю или вы плохо слышите? Мне нужно платье. - Моих извинений! - Яша развел руками, - Я думал, вы хочете забрать шубу, которую мне кое-кто случайно вернули в крайний раз. - Причём тут сдатая шуба, пан Яша! - Бетя плюхнулась в кресло для гостей и принялась обмахиваться платком, - У меня случился такой беда, такой горе, такой неприятность... шо лучше мне просто умереть. Но нет! Этот паршивец, этот Додик, он не хочет дать мне умереть спокойно, он хочет шобы я имела таких мучений, за которых надо брать в рай живьём и за большую награду! Так надо иметь детей, пан Яша, я вас спрашиваю? - Мадам Бетя, вы говорите за вашего сына Додика? - уточнил галантерейщик, - Потому шо в этом разе я не верю тому, шо слышат мои уши. Весь город знает за вашего Додика, шо нет сына более почтительного и любящего. Или он забыл за самое святое? - Он растоптал самое святое, пан Яша! - Бетя трагически заломила руки и сообщила страшным шёпотом, - Он хочет прямо сейчас жениться! - Какой недальновидный молодой человек! - понимающе закивал Яша, - Нет шобы посоветоваться с мамой. В салонах теперь дерут сумасшедших денег, а я не смогу заказать платье для невесты на раньше, чем на через три месяца. - От тьфу на вас, пан Яша! Вы имеете думать только за свой профит, а мальчик своими руками делает себе вечный цурес на свой внушительный тухес! - Так вот именно, мадам Бетя, вот именно, - спохватился галантерейщик, - К вопросу за тухес - шо мы с вами хочем от платья счастливой мамы жениха? Фасон? Стиль? Цвет? Материал? - Ничего особенного, пан Яша, - Бетя принялась загибать пальцы, - Открытое сзади так, шобы видеть спину, но не так, шобы на спине было холодно лежать. Не очень длинное, шобы можно было видеть ноги, но так шобы в ноги не было холодно. Цвет не очень молодёжный, но шобы возраст и мягких мест не выпячивалось. Подчеркнуть грудь, но вычеркнуть удушье, но шобы в грудь не надуло, но шобы не очень наглядно. Шо-то еще, но я забыла... - Мадам Бетя, таки определитесь уже! - взмолился Яша, - Вы хочете вечернее платье или комбинезон для зимней рыбалки?! - Я же вам русским языком имела объяснить! - вспыхнула та, - Мне надо платье "сдохнуть от радости". Шобы я прилично смотрелась за столом и так же шикарно лежала в гробу на всякий случай! - Убейте меня, если это возможно понять, - Яша схватился за голову, - Если речь идет за ваши похороны и последующий банкет, то как вы хочете успеть за стол? - Таки наоборот, пан Яша! За банкет и последующих похорон. Мне надо платье на оба торжества. Тем более, шо на обоих будут те же самые гости. - Так никто не делает! - завопил Яша, - Никто, вы понимаете? Мадам Бетя, вы же будете сидеть за столом, вы же будете кушать без остановки или я не знаю, шо говорю! А если прямо перед тем, как лечь в гроб, вы таки не дай бог нивроку поправитесь, шоб вам было на здоровье? Вам же станет мало в талии и вы окончательно умрете через стыд и срам! И самое страшное - вы шо же хочете, шобы вас два раза подряд видели в одном и том же?! Яша налил себе воды из графина, залпом выпил и ещё отхлебнул прямо из графина. - Мадам Бетя? - поинтересовался он, отдуваясь, - А шо это вы так уверены в своей заблаговременной кончине? - Я точно знаю, шо эта свадьба загонит меня в гроб! - заявила Бетя. - Слушайте сюда, мадам, - галантерейщик отставил графин, - Тех же слов я слышал от моей покойной мамы, но когда моя Зелда вошла в наш дом, то моя мама стала совсем сыром в масле, а не наоборот маслом в сковородке, как имела себе думать до того. Шо не мешало ей капельку быть дёгтем в мёде, но вам ли её не понимать, тем более шо... - Пан Яша, таки хватит тарахтеть за высоких материй! - Бетя явно не собиралась обсуждать поведение свекрови с дилетантом, - Давайте делать дело. Мне ещё надо заскочить до свидетеля моего сына, пана Спектора и обсудить крайних деталей. - Не понимаю.. - заметил Яша, - Зачем пан Спектор? Откуда пан Спектор? У вашего же Додика полно друзей! Беня, Йося, Соня.. Они же все росли в одном ночном горшке, они же братья по духу и цеху. Так почему какой-то маклер? - Шо вы понимаете за производственных отношений, пан Яша? - вздохнула Бетя, - Эти цвай-пара обормоты сказали, шо быстрее сдохнут в канаве, чем будут свидетели на Додика. И шо вы думаете? Мой кунилемел плакал от умиления.. - А, тогда таки да понимаю, - кивнул Яша, - И вы пошли до пана Спектора? - Совсем нет, - снисходительно объяснила Бетя, - Я пошла да командира Зямы, этого уголовного грозы хулиганов, и имела с ним беседу за приличных свидетелей. Так он и рекомендовал мне пана Спектора. - Слово пана Зямы таки много стоит, - согласился Яша. - Шо я буду - экономить на родном сыне? - пожала плечами Бетя, - Или он так часто вступает в брак? Нет, он таки мало смотрит, во шо вступает, но зато сразу всеми обоими ногами и по уши. - Боже ж мой, ну весь в папу! - всплеснул руками Яша. - Это вы какой именно гадость имеете намекать? - нахмурилась Бетя. - Настоящий мужчина! - нашелся Яша, - Совсем как покойный пан Фишман! Кстати, мадам Бетя.. Если вы таки решили не экономить на родном сыне, так может возьмёте два платья? - Зачем два платья? Откуда два платья? - поморщилась та, - А шо там с моей шубой? - Не, шубу не надо, - авторитетно заявил галантерейщик, - Мех и мох оба два рядом не лежат. Шубу надо проветривать, а вам скоро будет не до этого. Или вы передумали? - За предмет? - не поняла Бетя. - За безвременно нас покинуть, - напомнил Яша. - Хорошо! - снизошла Бетя, - Я пока поношу шубу, а там будем посмотреть. Но я вам ничего не обещаю! - Золотые слова мудрейшей из женщин! - обрадовался галантерейщик, - Так я теперь покажу вам иностранных каталогов. Он вытащил из-под прилавка блестящий толстый журнал и с полупоклоном протянул его женщине. Бетя приняла журнал и стала неторопливо его листать. - Ой, вот это! - ткнула она пальцем, - Смотрите, пан Яша, вот это! - Мадам Бетя... - с сомнением протянул тот, - Если бы вы не только выглядели на двадцать пять, но и в самом деле... И плохо кушали... Но даже тогда... - А я вам говорю, шо это, вот это самое, очень похоже на то, которое хочет заграбастать моего мальчика. Оно такое же худосочное, распущенное и хищное. Ротик-гузка, лобик-ниточка. Тьфу! А платье хочу вот это. Смотрите, какое красивое. Оно мне поёт! - Боже ж мой, мадам Бетя! - галантерейщик хлопнул себя по бедрам, - Какой вкус! Это королевский вкус, или шоб я провалился. Но должен предупредить, шо не раньше, чем через три недели. Всё-таки, аж из Монте-Карло! Позвольте, я сниму с вас размеров? - Они шо - шьют любой фасон на заказ без примерки? - скептически осведомилась Бетя. - Они шьют на любой бюст и таз без скидки, - успокоил её галантерейщик, - Три недели терпения, мадам, и лучшая половина ваших гостей таки лопнет от зависти на свадьбе, шо сэкономит вам кучу денег на поминках. Или я хоть раз подвёл клиента, мадам? - Добре, пан Яша, - кивнула Бетя, - Когда будет готово, я пришлю Додика забрать. - Ой, только не надо так крепко беспокоиться, я вас умоляю! - замахал руками Яша, - Ваш бесподобный Додик, дай ему бог долгой жизни и много банков на обратном конце города, имеет привычку заходить в магазины не очень так, как приятно их владельцам. Я таки лично принесу вам товар сам! - Ну как хочете, пан Яша. Только имейте себе в виду, шо я никому не открываю дверь, когда Додика нет дома. Положите коробки у порога, деньги я уже сейчас положу под коврик, шобы не забыть. - Это же так неосторожно, мадам Бетя! - заволновался Яша, - А вдруг там ходят воры?! - Это вы какой именно гадость имеете намекать? - вспыхнула Бетя. - Та ни боже ж мой! - примирительно заулыбался Яша, - Ну вдруг чужой человек найдет деньги и справедливо подумает, шо они его? - Знаете шо, пан Яша? - Бетя вытащила из сумочки пачку хрустящих купюр и запечатанный конверт, - Нате вам всю сумму прямо вперед. Наоборот от сберкассы, вам я таки целиком верю. А это - приглашение на свадьбу. До свидания вам! - Всего самого доброго! - ответил тот, провожая Бетю к выходу. Когда дверь за женщиной закрылась, Яша аккуратно вскрыл конверт, положил пригласительную открытку на конторку, а три четверти полученной суммы вложил в освободившийся конверт. "Дорогим молодожёнам Фишман - на долгий и счастливый брак!" - написал он на лицевой стороне конверта, а к верхнему углу на всякий случай пришпилил записку "Дорогой мой Додик, это и так вам! Не хочете ждать до свадьбы - берите уже сейчас". Яша сунул оставшиеся деньги в карман, а конверт положил в сейф с выручкой. После этого он снял телефонную трубку и принялся звонить в одно, расположенное неподалёку, очень маленькое, но очень профессиональное ателье. (c) kurtuazij

cтрелок-радист: есть! любезный kurtuazij наконец-таки побаловал свежих историй ВЫХОД - Скажите, уважаемый Беня, - Ривка, владелица самого дорогого ювелирного магазина и одна из самых красивых женщин города, вальяжно расположилась на лежаке, - Почём стало бы одному хорошему человеку шоби один очень хороший человек пошел ночью в гости до одного совсем нехорошего человека? - Мадам Рива, я не вижу на билеты, - Беня безразлично скользил взглядом по пляжницам, - Закругляйтесь размазывать кашу и давайте цимес. Ривка придвинулась поближе и понизила голос: - Ах, пан Беня! Или я не понимаю за метод иметь деловую беседу с одним очень хорошим человеком! Слушайте сюда, сейчас вы будете рыдать за людскую подлость. Один очень нехороший человек.. не будем кричать имён, тем более шо Мотя это еще вопрос или имя... так вот он торгует драгоценностей за такие низкие цены, шо мы с вами скоро пойдем по миру. Как вам это нравится? Беня решил проконсультироваться с коллегами. - Как нам это нравится? - спросил он - Это демпинг, - заметил образованный Додик, загорающий на подстилке рядом с лежаками, - Мадам Рива имеет порадовать нас демпингом. - Натурально демпинг, - поддержал друга Йося, - Браво, мадам Рива. - Не ожидала от вас такого жаргона, Додик! - обиделась Ривка, - А еще из такой приличной семьи. - Глядя на вас, мадам Рива, мине неожиданно хочется блеснуть какой-никакой эрудицией, - галантно выкрутился тот. - Пфф! - Рива прищурилась, - Глядя на меня, у каждого поца в этом городе такая эрудиция, шо делается страшно за прирост населения. Хоть вы, Додик, будьте выше этого. Берите пример с пана Бени. - Я дико извиняюсь и совсем не эрудит, - задумчиво проговорил Йося, - Но имею думать, Додик, шо вас с Беней только шо причесали. - Форм без совести и языка без костей. Праздник, - согласился Беня, - Но я настойчиво интересуюсь обратно. Чем это дело, за которое нас причесали, вредит нашему карману, мадам Рива? - Ну как же, пан Беня, пока этот Мотя, будь он неладный, так на так торгует за пшик, приличные люди теряют клиентуру, из которой идёт профит, из которого идёт шансов, шо вы однажды ночью навестите хороших людей по вашим личным делам, до которых мине нет никакого дела. Так я скажу вам, как родной маме - между знать шо вы никогда не придёте и бояться, шо вы вот-вот нарисуетесь, я предпочитаю обеспеченное второе. - И шо мине надо сделать, шобы ваше светлое будущее наступило немедленно? - поинтересовался Беня. - Вот теперь мы говорим, как деловые люди, а не задрипанные курортники! - обрадовалась Ривка, - Идите подломить контору этого Моти и идите бекицер, потому шо все мы становимся беднее с каждой минутой этого гармидера. Соглашайтесь давайте. Назовите цену и даже не стесняйтесь, я всё равно буду торговаться пока вы не охрипнете. Беня повернулся к товарищам. - В словах мадам Ривки есть здравого смысла или я перегрелся? - Его там нивроку и этого нельзя не видеть, - пожал плечами Додик, откровенно любуясь Ривкой, - Но меня мало радует, шо из гоп-ателье мы рискуем превратиться в лом-кооператив. Беня, это подряд, а на подряд работают биндюжники. Я имею полагать, шо это профанация. Ривка возмущенно засопела. Йося положил руку другу на плечо. - Додик, не тошни мадам на нервы. Если эта твоя эрудиция не перестает бить тебе в голову, - тихо заметил он, - То нежные формы мадам Ривы в грубой форме устроят тебе профанацию между там прямо среди здесь. Как тибе кажется? - Банан вам, - спокойно ответил тот, - Профанация и есть - делать за башли то, шо душа желает делать за голую любовь. - Та боже мой, Додик! - Ривка даже привстала от воодушевления, - Сделайте доброе дело за здорово живешь, если это таки да успокоит ваше чувство прекрасного. Или вы наоборот хочете море любви? - Он таки хочет, - усмехнулся Беня, устремляя взгляд в небо, - Но он таки помнит, шо за вашей незабываемой спиной, мадам Рива, стоит одной приличной репутации и пяти удачных браков, которых никому не удалось пережить. Не зовите миня большей Беней, если в вашем редком случае здорово живешь моментально тонет в этом вашем море любви, как шлимазл на лимане в час отлива. - Знаете шо, пан Беня? - Ривка закусила губу, - Можете хохотаться до зеленых веников, но шоб вы себе знали.. если мой сейф уже завтра даст вам дулю, вы и ваши гаврики можете кусать себе свои локти на брудершафт. А я окажусь на панели, где вам, Додик, уж точно не светит на шару. - Слушайте, из вас Софокл, как из миня царица Тамар, - пожал плечами Додик. - Я сделаю это дело, мадам Рива, - Беня впервые посмотрел на женщину, - Я сделаю его так, шо вы будете плакать от радости и целовать мине руки. - Пан Беня, не дайте сдохнуть через любопытство, поделитесь своих планов! - заломила руки Ривка, - Видит бог и ваших этих двух свидетелей, шо я готова на всё за ради нашего с вами гешефта. - Ша, мадам Рива, - Беня встал с лежака, показывая, что разговор закончен, - Будем считать, шо я дал вам понять, а вы схватили на лету и тикаете с наваром. Гарантирую главное - этот день ещё не выйдет на нет, а контора Моти уже таки да. Когда Ривка удалилась, Додик обратился к Бене: - Так мы ломим эту контору? Или делаем морду "а шо такое" и тыняемся дальше? Или ты видишь других вариантов? - Как поимела выразиться Ривка.. я вижу "двух этих свидетелей", - Беня весело поглядел на товарищей, - И придумал чудный фильдеперс. Налёта не будет. Я просто сделаю визит до этого пуцера и выложу таких предложений, шо отказать станет ему полный шванц для здоровья. А вы сейчас ходите до ресторации мадам Дины и назначайте банкет. - За шо гуляем, я таки цикавый? - спросил Йося, - Тоже мине было б шо отмечать... Додик подмигнул несообразительному другу. - Шоб я так жил, Йося, как запахло Мендельсона и газ-урагана. - Таки вот именно, - кивнул Беня, - Сегодня вечером мадам Рива выйдет замуж за этого чиканутого Мотю. Нам всяко-разно сплошной профит, так нехай себе победит сильнейший. (c) kurtuazij

CoolChemist: cтрелок-радист а кто есть этот человек? Он немножко пишет ?

cтрелок-радист: CoolChemist подозреваю, что в моря ходит, а пишет от души и для души. почитай его жж.



полная версия страницы